Дозволь не притворяться, что Ты со мной, когда Ты не со мной. Дозволь закрыться, пусть ничтожество рухнет, пока твоим милосердием не воспрянет вновь, уже человеком. Дозволь тогда осмелиться ему воззвать к Тебе из праха, когда там ничего нет, кроме праха да его разгрома. Введи меня опять в суждение Cвое, меня, кто отказывался быть судим.

Введи меня в милосердие, меня, кто забыл, что такое милосердие. Дозволь мне взметнуть царство Твое до красоты Твоего имени. Почему Ты привечаешь меня? — спрашивает огорченное сердце. Почему Ты утешаешь меня? — спрашивает сердце, недостаточно разбитое. Дозволь сердцу возлечь среди руин, пока не останется более надежды, пока не вскрикнет оно: я Твой, я творение Твое.
Благословен Ты, чьи благословенья различаются теми, кто знает имя Твое. Злые видны ясно, и в панике своей молится весь мир: “не дай нам испытаний». Благословен Ты, кто созидает и разрушает, кто сидит в суде по бессчетным мирам, кто судит настоящее с милосердием.

Вот мое приношение благовоний. Вот что желаю я жечь, тьма моя не запятнана, невежество мое без изъяна. Привяжи меня к воле Своей, привяжи сими нитями скорбей, и забери из полудня, где изорвал я душу на двадцати четырех чудовищных алтарях, предлагая все, кроме себя.

Когда нет у меня ни ярости, ни горести, и Ты отбываешь от меня, вот тогда боюсь я больше всего. Когда живот набит, и разум начинает свои предсказания, тогда боюсь я за свою душу; я спешу к Тебе, как дитя посреди ночи врывается в родительскую спальню. Не забудь меня в искуплении моем. Когда сердце само себе ухмыляется, мир уничтожен. И остаюсь я наедине с мякиной и лузгой. Вот тогда наступает опасный миг: я слишком велик, чтобы просить о помощи. У меня другие надежды. Скинь ровный ужас сей сладким воспоминанием: когда я был с Тобою, когда душа моя восхищала Тебя, когда я был тем, чем Ты хотел.

Сердце мое поет о том, как Ты меня жаждешь, и мысли мои спускаются полюбоваться на милость Твою. Я не боюсь, когда собираешь Ты мои дни. Имя Твое — сладость времени, и вносишь Ты меня в ночь, утешая, стягивая огни с небес, говоря: видишь, нет в ночи ужаса для того, кто помнит Имя.

стихи Виктор Метсо

Любить до рая обещали Вы меня,
До первых труб и ангельских хоралов,
Но, не ругаясь, жить, не можете и дня,
А ровно столько нам осталось.
Песчаный циферблат доест песок,
И отзвонят колокола былых признаний,
Мы не допьём на брудершафт томатный сок
И станем звёздной пылью мирозданья!

18.06.05

Твой пульс бьётся в ритме города.
Ты слушаешь громкое радио.
За ширмой высокого ворорта
Кипит возмущённо рацио.

Ботинки, заставшие молодость,
И джинсы, тленность познавшие.
Долгие годы впроголодь,
Глаза вдохновенно-уставшие.

Порой этот мир чужой тебе,
Берег бетонно-асфальтовый,
И в пережжённой земле-судьбе
Облик бензольно-смальтовый.

Оклик в себя и зелёный лес,
Горы и море порадуют,
Травы, цветы, родниковый плеск,
Блеск преправы-радуги.

Раны растают в краю живом,
Сгинут скелеты и вороны
Ранним рассветом, пригожим днём
Узы зарёй раскованны.

Старого города новый свет,
Звуки иного радио.
Ворот опущен, получен ответ,
И жизнь, безусловно, радует!

осень 2004 г.

Прости меня, порою я так слеп,
И в свете дня мой мир – невзрачный склеп.
Прости мои обиды и стихи,
Загладь души прорехи и грехи.

Прости за мой свободный яркий нрав,
Букет аллегорических приправ
И облик тот печальный, что привнёс
В твой мир свечу и миро вместо роз.

Прости за обветшалость свежих фраз
И жизнь без обещаний, без прикрас,
За смерть, что неизбежна впереди,
Прости меня, пожалуйста, прости.